Петр Викторович Ернштедт

(1890-1966) *

25 декабря 1966 г. в Ленинграде после продолжительной и тяжелой болезни скончался выдающийся советский лингвист, всемирно известный папиролог и коптолог, член-корреспондент Академии наук СССР Петр Викторович Ернштедт.

П.В. Ернштедт родился 21 июня 1890 г. в городе Гатчине в семье крупнейшего эллиниста и палеографа, основателя русской папирологии академика В.К. Ернштедта. Имея исключительные лингвистические способности, П.В. Ернштедт поступил в 1908 г. по окончании гимназии на классическое отделение историко-филологического факультета Петербургского университета, где он избрал в качестве специальности историю греческого (в первую очередь, новогреческого) языка. Это неизбежно привело к необходимости тщательного и глубокого изучения среднегреческого. Одновременно он изучал на восточном факультете восточные языки: древнееврейский, арамейский, ассирийский, сирийский, арабский, санкскритский, древнеперсидский и другие, а впоследствии и древнеегипетский и коптский, который стал его второй, а затем и основной специальностью. Окончив в 1913 г. университет, П.В. Ернштедт был оставлен при кафедре классической филологии для подготовки к профессуре и в 1914 г. уехал в Грецию для сбора материала для магистерской диссертации «Описание цаконского наречия», но война помешала как завершению сбора материала, так и продолжению работы над новогреческим языком. Он сдал магистерские испытания по кафедре сравнительного языкознания и санскрита и был оставлен при университете уже по кафедре санскритской филологии. Таким образом, П.В. Ернштедт получил исключительно разностороннюю лингвистическую подготовку — своими учителями он называет П.К. Коковцова, М.Р. Фасмера, Г.Ф. Церетели, А.А. Сталь ay Гольстейна и Ф.И. Щербатского.

В 1918 г. П.В. Ернштедт начал работать в Азиатском музее (впоследствии Институт востоковедения АН СССР и Институт народов Азии АН СССР), в штате которого он пробыл почти всю свою творческую жизнь до 1950 г., когда он перешел в Институт языкознания АН СССР (1950 — 1954). Последние годы были омрачены тяжелым недугом, помешавшим ему, к большому ущербу для науки, изучать, а в некоторых случаях завершить ряд крупнейших и ценных исследований.

П.В. Ернштедт был не только разносторонне подготовленным, но и плодотворно, с одинаковой компетентностью, проникновенностью, мастерством работавшим в ряде научных областей ученым. Все его работы характеризуются прекрасным знанием материала, необычайной широтой его охвата, каким-то особым лингвистическим чутьем, позволявшим всегда правильно выявлять языковые факты и закономерности, наконец, исключительно требовательностью к себе и уважением к науке, не допускавшим опубликования работ, не доведенных до полного завершения, до окончательной отделки, до той «musterhafte Gründlichkeit», о которой говорили его рецензенты.

Перу П.В. Ернштедта принадлежит свыше 70 научных работ. Это публикации текстов, большие грамматические исследования, статьи на лингвистические темы, переводы. Интерес к среднегреческому языку заставил его обратиться к изучению тех источников, которые лучше всего сохранили народный язык, — к папирусам, а следствием изучения была их публикация. Заслугой П.В. Ернштедта было его участие в большом, возглавляемом его учителем Г.Ф. Церетели мероприятии по изданию греческих папирусов советских собраний (Papyri russischer und georgischer Sammlungen. Tiflis, 1925 — 1935). Лично П.В. Ернштедтом был подготовлен IV том (1927), содержащий папирусы арабского времени, совместно с Г.Ф. Церетели подготовлены тома III (1930) и V (1935). Это издание, выполненное на высоком научном уровне, снабженное прекрасным палеографическим и историко-филологическим комментарием, принесло П.В. Ернштедту заслуженное признание со стороны авторитетнейших папирологов. На столь же высоком уровне находятся и два тома коптских папирусов, подготовленных им к изданию еще до войны, но опубликованных только в 1959 г. Эти публикации не только существенно обогащают наши сведения о материальной и духовной жизни населения Египта, но и помогают иногда лучшему пониманию уже изданных текстов, поскольку П.В. Ернштедту удалось в ряде случаев воссоединить находящиеся в разных коллекциях фрагменты и превратить, по выражению Г.Ф. Церетели, «membra disjecta» в «totum corpus».

Не меньшее значение имеют и его чисто лингвистические исследования. Из работ по коптской грамматике следует выделить исследование по синтаксису, в разработке которого П.В. Ернштедт добился огромных успехов, разрешив ряд сложнейших проблем. Что же касается исследований по выявлению в греческом языке заимствований из египетского и семитских языков, то это новое в науке направление, которому положил начало П.В. Ернштедт своей монографией «Египетские заимствования в греческом языке» (1935) и рядом примыкающих к ним статей. К сожалению, ряд работ П.В. Ернштедта, вполне подготовленных к печати («Учебник коптского языка для начальных курсов университетов» и другие) или не требующих большой работы для того, чтобы подготовить их к печати («Очерки по грамматике коптского языка» и другие), все еще не изданы.

Описание многообразной деятельности П.В. Ернштедта будет неполным, если не отметить его плодотворную, правда с перерывами, педагогическую деятельность по подготовке студентов в области греческого и коптского языков и палеографии в Ленинградском и Срезнеазиатском университетах и в Институте востоковедения АН СССР.

Признание научных заслуг П.В. Ернштедта нашло свое выражение в присуждении ему без защиты степени кандидата филологических наук (1935), доктора филологических наук (1941), в избрании его в 1946 г. членом-корреспондентом АН СССР, в награждении его орденом «Знак почета» и медалями СССР. Сдержанный, суховатый, высказывающий свои мысли без обиняков, на первый взгляд даже замкнутый и недоступный, П.В. Ернштедт был на самом деле отзывчивым и чутким человеком, предъявлявшим к себе и к людям столь же строгие требования, что и к науке, «рыцарем без страха и упрека», как писал о нем в частном письме его учитель и друг Г.Ф. Церетели.

А.И. Еланская

* Текст публикуется по изданию: Еланская А.И. Памяти Петра Викторовича Ернштедта // Вестник древней истории. – 1967. - №3. – С. 168-169.