Всеволод Владимирович Павлов

(1898-1972) *

Каждому, кто интересуется искусством древнего Востока — Египта, Передней Азии, Китая, — знакомы труды видного советского ученого-искусствоведа профессора В.В. Павлова, рассчитанные на самый разнообразный круг читателей — ученых-специалистов, художников и любителей прекрасного.

Человек, разносторонне одаренный, перу которого принадлежать не только научные книги, статьи, рецензии, но и научно-популярные очерки, цикл рассказов о природе, В.В. Павлов был прежде всего ученым-востоковедом. В его трудах нашли освещение многие важные вопросы современной египтологии и взаимосвязей древнейших цивилизаций Востока. Это был ученый, чей научный горизонт охватывал культуры древнего мира, средневекового Ближнего и Дальнего Востока и современности, ибо Всеволод Владимирович всегда интересовался и сегодняшним днем искусства тех стран и народов, прошлое которых составляло предмет его углубленных занятий. Ученого увлекали проблемы традиций и их художественного претворения в различные эпохи, включая и искусство нашего времени. Он написал рецензию на выставку произведений художников ОАР, статью о современной китайской живописи. И все же основной темой изучения, которой была отдана вся жизнь В.В. Павлова, всегда оставался Древний Египет.

Древним Египтом он начал интересоваться с юных лет, и, быть может, книга Г. Масперо о египетском искусстве, подаренная ему, когда он был еще мальчиком, решила судьбу В.В. Павлова. С годами юношеские увлечения перерастают в глубокий научный интерес, и в 1917 г. девятнадцати лет Всеволод Владимирович поступает в Московский университет на историко-филологический факультет, в который входило тогда искусствоведческое отделение. В стенах университета и путем самостоятельной работы (в те годы ему приходилось прерывать занятия в университете) он приобретает обширные познания по истории искусства. Не оставляя углубленных занятий Древним Египтом, В.В. Павлов основательно изучает западноевропейское искусство. С 1925 г. он посещает лекции В.К. Мальмберга, Р.Ю. Виппера, затем В.П. Деннике, который, обнаружив в своем студенте достаточную зрелость и эрудицию, привлекает его к работе в университете в качестве своего ассистента. С тех пор без малого полвека Всеволод Владимирович читал в университете ряд лекционных курсов по искусству Древнего Востока (Древний Египет и Передняя Азия), античной Греции, искусству средневекового Ближнего и Дальнего Востока (искусство арабских стран, Персии, среднеазиатских республик, Китая), руководил семинарами, охватывавшими значительный круг проблем искусства стран Африки и Азии. Для своих семинаров В.В. Павлов выбирал темы, открывавшие возможность широких сопоставлений и теоретических обобщений; наряду с этим он ставил и более узкие, конкретные темы, работа над которыми давала его ученикам навыки самостоятельного искусствоведческого анализа памятников. В процессе занятий В.В. Павлов умел проводить интереснейшие параллели между различными видами искусства; семинары выливались в своего рода свободные импровизации, не утрачивая при этом научной основы. Из года в год круг разбираемых вопросов обновлялся в зависимости от требований времени. Когда, например, советское искусствоведение обратилось к изучению художественного творчества народов Тропической Африки, Всеволод Владимирович был одним из первых, кто предложил своим ученикам темы, связанные с проблемами связи искусства Тропической Африки с Древним Египтом.

Среди учеников В.В. Павлова были не только искусствоведы, но и художники, специализировавшиеся в области прикладного искусства, — ювелиры, резчики по камню и дереву. Многие годы он состоял членом художественного совета Института художественной промышленности, участвовал в обсуждении произведений профессиональных художников-прикладников и народных умельцев. Он вел непримиримую борьбу с любым проявлением посредственности в искусстве и активно содействовал воспитанию подлинно художественного вкуса у мастеров прикладного искусства.

Всеволод Владимирович — автор более 100 научных работ, содержащих глубокие теоретические выводы и являвшихся результатом непосредственного исследования подлинных памятников искусства.

В 1932 г. в сборнике египтологического кружка при Государственном Эрмитаже В.В. Павлов публикует статью «Изображение человеческой фигуры в египетском рельефе». В ней ученый обращается к одной из самых сложных проблем египетского искусства — специфике передачи человеческой фигуры на плоскости. Одно из основных направлений научной деятельности В.В. Павлова связано с изучением портрета. В 1937 г. появляется его монография «Египетский скульптурный портрет»; в дальнейшем расширяя хронологические рамки своего исследования, ученый разрабатывает проблему портрета в докторской диссертации «Скульптурный портрет Древнего Египта с древнейших времен до эпохи эллинизма», защищенную в 1942 г. Позже В.В. Павлов пишет книгу, посвященную скульптурному портрету (1957), а вслед за тем, обращаясь к эллинистической эпохе, — монографию «Фаюмский портрет» (1965). Изучение первоклассного собрания фаюмских портретов Государственного музея изобразительных искусств им. А.С. Пушкина позволило ученому установить взаимосвязь живописного портрета с пластически исполненными погребальными масками, четко выявить его эллинистическую основу. Завершением исследования в этой области явилась монография В.В. Павлова «Египетский портрет I — IV веков» (1967), в которой автор рассматривает традиции погребальной маски, начиная с эпохи Древнего царства и останавливаясь на появлении передачи сходства в условно трактуемом обобщенном образе. Анализируя метод работы египетских мастеров на материале портрета эпохи Амарны, Павлов выявляет ведущую роль декоративных принципов в искусстве этой эпохи. Автор показывает эволюцию древнеегипетских погребальных масок, нарастание в них эллинистических элементов, в то время как в живописном портрете намечается условность и декоративность, что приводит, начиная с III в. н.э., к появлению плоскостного стиля изображений. Монография получила широкую известность в нашей стране и за рубежом и была отмечена премией на Всемирной выставке в Монреале.

Работы В.В. Павлова по различным вопросам древнеегипетского искусства всегда ставили и решали принципиально важные проблемы. Анализируя памятники искусства, В.В. Павлов исходил из выявления их стилистических особенностей, что придавало выводам автора особую убедительность.

Всеволод Владимирович являлся одним из лучших специалистов по глиптике. Он не только изучал, но и собирал камни. Результатом его исследований явился ряд статей, знакомивших читателей с изысканным искусством малых форм: «К вопросу о малоазийской глиптике» (сборник «Древний мир», 1962), «Две восточные геммы» («Советская археология», 1964, № 3), «Геммы и камеи» («Художник», 1964, № 3).

Специализируясь в области древнего искусства, В.В. Павлов умел видеть все истинно прекрасное в окружающей жизни и в современном ему искусстве. Всеволода Владимировича связывала многолетняя дружба с художниками П.Д. Кориным, А.Е. Фаворским, анималистом В.А. Ватагиным, творчеству которого посвящена его статья в журнале «Художник» (1965, № 2). Его перу принадлежит одна из первых монографий о советском графике П.Я. Павлинове.

Более 30 лет проработал В.В. Павлов в Музее изобразительных искусств, в отделе Древнего Востока, где он начал свою деятельность, еще будучи аспирантом (1929), а затем возглавил отдел. Становление и научный рост В.В. Павлова-египтолога во многом определялось его постоянной работой с подлинниками музея, которые получили мировую известность во многом благодаря трудам Всеволода Владимировича. Хранящимся в музее памятникам посвящено большое количество научных статей и книг В.В. Павлова, в том числе его еще не вышедшая в свет монография «Египетская пластика малых форм».

Всеволод Владимирович в последние месяцы своей жизни был полон новых замыслов. Он собирался приступить к работе над книгой о ювелирном искусстве Древнего Египта. В одной из последних бесед, касавшихся роли декоративного искусства Амарны, В.В. Павлов заметил, что в Древнем Египте в эту эпоху художественное ремесло играло ведущую роль, оттеснив на второй план в чем-то даже архитектуру. Именно тогда декоративные принципы начинают оказывать влияние на все виды искусства, и в частности на пластику, что приводит к возникновению нового стиля изображения и созданию новых форм.

Всеволод Владимирович обладал удивительным даром научного руководителя. Его краткие, порою афористические тезисы, подчас будто бы и не относящиеся к обсуждавшейся теме, рождали цепь размышлений у его учеников. Он указывал им, в каком направлении следует вести поиски, но не давал подробных наставлений — во всем этом чувствовался безграничный такт ученого по отношению к своим ученикам.

В.В. Павлову принадлежало одно из ведущих мест в области научной критики, охватывавшей проблемы искусства Востока. Его многочисленные отклики на книги советских и зарубежных востоковедов отличались глубоким раскрытием затронутых в рецензируемых работах проблем. Это выводило его рецензии за узкие рамки данного жанра, превращая их по существу в оригинальные научные труды. Строгие, но доброжелательные рецензии Всеволода Владимировича способствовали выявлению ценных научных работ.

Еще более требовательным В.В. Павлов был к себе и своим собственным работам, и именно благодаря такой взыскательности автора его труды по искусству Древнего Востока приобрели столь большое значение для науки. Еще многие поколения специалистов и любителей искусства будут с благодарностью обращаться к его наследию. Умея найти доступ к любому читателю, Всеволод Владимирович никогда не делал скидки на неспециалистов, а старался поднять их до уровня профессионального восприятия искусства. Он написал серию научно-популярных работ, ставя своей целью привить интерес и любовь к великому искусству древности. Его эмоциональный язык и вместе с тем ясная и увлекательная манера изложения свидетельствуют о большом писательском даровании автора.

Древние греки говорили, что смысл человеческой жизни в бессмертии. Одни достигают его своими деяниями, другие создают себе подобных. Всеволода Владимировича нет в живых, но его книги и статьи продолжают свой путь в научном мире. Они — его ка, та жизненная сила, которая, по представлениям древних египтян, остается и после смерти художника, вселившись в его творения.

* Текст приводится по изданию: Померанцева Н.А. Памяти Всеволода Владимировича Павлова // Народы Азии и Африки. – 1972. - №4. – С. 237-239

Библиография

К 70-летию В.В. Павлова // Вестник древней истории. 1968, №3. С. 218.

Павлов В.В. Образы прекрасного. М., 1979. – Из содержания: Коростовцев М.А., Пиотровский Б.Б. В.В. Павлов – историк искусства древнего Египта. С. 7-12; Флинт В.Е. В.В. Павлов и русская природа. С. 262-263; Всеволод Владимирович Павлов: Биографическая справка. С. 284-285; Список опубликованных работ. С. 286-288.

Памяти В.В. Павлова // Советская культура. 1972, 24 февраля.

Померанцева Н.А. Памяти Всеволода Владимировича Павлова // Народы Азии и Африки. 1972, №4. С. 237-239.

Ходжаш С.И., Померанцева Н.А. Всеволод Владимирович Павлов: (К 70-летию со дня рождения) // Вестник МГУ. 1968, №4. С. 86-89

Шуринова Р.Д. Павлов В.В. // БСЭ. 3-е изд. Т. 19. М., 1975. С. 62-63.