Николай Сергеевич Петровский

(1923-1981) *

5 августа 1981 г. в Ленинграде на 58-ом году жизни от сердечного приступа скончался Николай Сергеевич Петровский, профессор Восточного факультета ЛГУ, выдающийся египтолог-лингвист, первоклассный знаток древнего Египта, первый из отечественных специалистов, изучавший египетский язык не с позиций историка-филолога, но с позиций современного языкознания.

Н.С. Петровский родился 9 апреля 1923 г. в Ленинграде. В 1941 г. он окончил школу с отличием и поступил в Ленинградский государственный университет на исторический факультет. С первых дней Великой отечественной войны юному студенту пришлось участвовать в оборонных работах под Новгородом. Работы велись под непрестанными бомбежками, и во время одной из них Николай Сергеевич был ранен. Вернувшись в Ленинград, он приступил к занятиям в уже осажденном городе.

В 1943 г. Петровский ушел добровольцем на фронт и прошел всю войну в составе разведывательного корпуса 5-ой Гвардейской танковой армии. Боевое крещение Николай Сергеевич получил под Белгородом 11 июля 1943 г., участвуя в грандиозном танковом сражении у деревни Прохоровка. В мае 1944 г. на фронте он вступил в ряды Коммунистической партии. Окончание Великой отечественной войны он встретил в Берлине. За боевые заслуги Николай Сергеевич был награжден тремя боевыми орденами и многочисленными медалями.

В августе 1945 г. Петровский был демобилизован и, вернувшись в Ленинград, продолжил занятия египтологией. В 1948 г. он с отличием закончил исторический факультет ЛГУ и был зачислен в аспирантуру при Институте Востоковедения АН СССР.

В аспирантуре, продлившейся с 1948 г. по1951 г., Н.С. Петровский анимался под руководством академика В.В. Струве. Его работа была посвящена папирусам Лейденского музея № 344, Эрмитажа № 1116В и доске № 5645 из Британского музея; все эти памятники сообщали о каких-то смутах и волнениях в Египте, в которых академик В.В. Струве видел восстание, победившее в долине Нила в конце Среднего царства.

В 1949 г. Н.С. Петровский прочел доклад, в котором стремился охарактеризовать египетское общество во время XVIII династии. В 1951 г. им был прочитан доклад о нестабильности внутреннего положения в стране в эпоху XII династии. Доклады эти не были опубликованы.

В 1951 г. Н.С. Петровский завершил и защитил диссертацию «Народное восстание в древнем Египте» (опубликован только автореферат и некоторые переводы). Оставляя в стороне датировку восстания, автор дает перевод и обстоятельный комментарий текстов и историческое исследование, в котором стремится выявить ход, исторические силы и значение восстания, его причины и последствия.

После окончания аспирантуры, в 1951-1952 гг. Н.С. Петровский работал в Секции древних рукописей по каталогизации рукописных фондов. Тогда же стараниями Ю.Я. Перепелкина и Н.С. Петровского в сектор поступил из Музея связи египетский иератический папирус, единственный в собрании Института Востоковедения. До I мировой войны папирус хранился в Эстляндском губернском музее в Ревеле. Краткое описание папируса, содержащего главы 23-28, 30 (?) и 61 «Книги мертвых» приведено у Б.А. Тураева в его «Описании египетских памятников в русских музеях и собраниях» (Записки восточного отделения (Имп.) Русского археологического общества. — XI. — 1897-1898. — стр. 148-149 и 145). Н.С. Петровский занялся этим интереснейшим описанием и папирусом, выяснив его историю и его сложный и интересный путь в Россию.

С 1952 г. Н.С. Петровский вернулся в университет, на восточный факультет, уже как преподаватель кафедры истории древнего Востока. Здесь он читал положенные курсы, преподавал древнеегипетский язык, участвовал в составлении учебников и хрестоматий по истории древнего Востока, переводил для них тексты и все больше углублялся в изучение языка.

В те годы древнеегипетский язык изучался обычно по немецким пособиям серии «Porta linguarum orientalium». Для этой серии грамматика египетского языка была написана Ад. Эрманом, коптского — Штейндорфом. Лишь позднее появилась грамматика Гардинера. Студентам приходилось пользоваться преимущественно записями лекций, так как приобрести учебники было практически невозможно. В 20-е годы студенты-египтологи затеяли русский перевод грамматики Эрмана, но он не был доведен до конца. Николай Сергеевич задался смелой целью — самому написать курс грамматики древнеегипетского языка. Литографическое издание ее вышло в 1958 г. небольшим, но достаточным для нужд преподавания тиражом. Это было первое пособие на русском языке, предназначенное заменить грамматику Эрмана. Автор использовал всю доступную литературу — издания памятников письменности древнего Египта, грамматики Эрмана, Эделя, Гардинера, Лекса, Шпигельберга и др.

Исследуя строй древнеегипетского языка, Н.С. Петровский понял, очевидно, до какой степени все существующие грамматики продолжают старые традиции описания языка, не выходя за рамки чисто филологических приемов исследования и в лучшем случае ограничиваясь сопоставлением лексики и морфологии с семитскими языками. Чисто лингвистические проблемы их авторам оставались чужды. Исключение составлял, пожалуй, лишь А. Гардинер, автор известной грамматики египетского языка, небольшого эссе о происхождении собственных имен и исследования соотношения языка и речи.

Внимание Николая Сергеевича привлекли до того совершенно не разработанные вопросы структуры языка. Описание структуры древнеегипетского языка обыкновенно делилось на морфологию и синтаксис. Существование затруднений при описании египетского языка представляло невозможность или по меньшей степени трудность проникнуть сквозь условность иероглифического письма, не дающего возможность огласовки текста.

Судя по его позднейшим работам, у Н.С. Петровского по мере изучения языка возникало множество вопросов и неясностей, и все больше становилась очевидно недостаточность традиционных приемов описания языка. Вскоре после издания «Египетской грамматики», в апреле 1959 г., он был направлен в командировку в АРЕ и пробыл там до мая 1960 г. Здесь он внимательно изучил богатейшие коллекции Каирского музея древностей. Работая там, Николай Сергеевич дошел до отдела, где были выставлены сокровища гробницы Тутанхамона. Прекрасно зная много раз описанные до него вещи, он заметил, что в витрине отсутствует нужный ему жезл. Сначала на его вопросы не обратили внимания, но затем выяснилось, что жезла на месте нет. Сразу же музей был закрыт, публика удалена и начались поиски. Был издан приказ о проверке всех фондов музея. Дело стало известно Гамаль Абд эль Насеру. В результате Н.С. Петровский получил от египетского правительства разрешение совершить поездку по всему Египту от Александрии до Вади Хальфы. В течение года он смог осмотреть все интересующие его места, все важнейшие памятники, собрать материал для дальнейших работ. По возвращении на родину в 1960 г. Николай Сергеевич принял участие в работах XXV Международного конгресса востоковедов в Москве.

Следующие годы полны напряженных трудов; основное направление всех его работ — изучение грамматического строя египетского языка с точки зрения общей лингвистики. Уже в 1970 г. появляется главное сочинение Н.С. Петровского — «Сочетания слов в египетском языке». В нем рассматривается совершенно новая для египтологии проблема — словосочетание.

Все исследование построено на достижениях русской и советской лингвистики, на работах языковедов Ф.Ф. Фортунатова, А.М. Пешковского, М.Н. Петерсона, А.А. Шахматова, но главным образом на работах В.В. Виноградова. Следуя ему, Н.С. Петровский подчеркивал, что словосочетание не занимает промежуточное положение между словом и предложением, но является самостоятельной единицей языка. Словосочетание не результат дробления языка на части, а как и слово, конструктивный элемент предложения. Понятие «словосочетание», по мнению Николая Сергеевича, не тождественно понятию «синтагма», так как они касаются разных сторон синтаксического строя языка.

В этом исследовании Н.С. Петровский отказался от традиционных приемов описания египетского языка, принятых еще в XIX веке и сохранившихся до сих пор во многих зарубежных работах, и поднял его изучение на уровень современного языкознания. Эта работа привлекла к себе внимание немецких ученых, и в 1981 г. Н.С. Петровский был приглашен для чтения лекций в Геттингенский университет, где он в течение полутора месяцев вел занятия и знакомил зарубежных коллег со своими идеями и работами. Это было всего лишь за полгода до его неожиданной смерти.

Продолжая углубленно изучать египетский язык, еще в 1978 г. Николай Сергеевич опубликовал работу «Звуковые знаки египетского письма как система» (М., 1978). Она, как и предшествующие исследования, выросла из его «Египетской грамматики». В ней Николай Сергеевич выявляет систему знаков иероглифического письма; по его мнению, они не представляют собой случайного набора, но отражают определенную систему письма, которую он называл конъюнантно-морфемно-идеографической и рассматривал ее в свете представлений о членении речевого потока, выделяя морфемы как нечленимые значимые единицы языка. Подобно тому, как из морфем строятся слова, так из слов строятся словосочетания, а из словосочетаний — предложения.

К работе о звуковых знаках приложена таблица двусогласных звеньев, передаваемых двусогласными знаками, которые показывают возможность допускаемых египетским языком звукосочетаний и одновременно отмечают невозможность других. Эта таблица, как и вся работа, — новый шаг к чисто лингвистическому осмыслению особенностей египетского языка и системы иероглифической письменности.

Основной вклад Н.С. Петровского в египтологию состоит в том, что он первый в нашей стране подошел к изучению древнеегипетского языка с позиций современной лингвистики и по-новому осветил многие важные стороны структуры этого языка, на которые до него никто не обращал внимания.

* Текст приводится по изданиям: Ольдерогге Д.А. Памяти Николая Сергеевича Петровского // Народы Азии и Африки. – 1982. - №4. – С. 217-218.; Берлев О.Д. Египтология // Азиатский музей – Ленинградское отделение Института Востоковедения АН СССР. – М.: Наука, 1972